ТЕКСТЫ КНИГ ПРИНАДЛЕЖАТ ИХ АВТОРАМ И РАЗМЕЩЕНЫ ДЛЯ ОЗНАКОМЛЕНИЯ
Покупайте после паники
.
Покупайте после
паники
Никому еще не
удалось установить, чем вызывается биржевая паника. Несомненно, играет роль то,
что в биологии называется «стадным инстинктом», а Сорос считает рефлекторным
поведением. В одной из книг столетней давности приводится типичный сценарий
развития событий:
«Одна из самых
страшных биржевых паник на Уолл-стрит развивалась у меня на глазах. В тот день
я находился в биржевом зале, где все выглядело на редкость мирно. Все были
спокойны и жизнерадостны. Акции стабильны, деньги работают, все довольны. Вдруг
кто-то, представляющий крупную брокерскую контору, выставляет двести акций,
принадлежавших одной компании. Рядом с ним находится человек, который, заметив это,
говорит себе: «У меня тоже есть эти акции, и если человек, который был в них
заинтересован, продает, - значит, это неспроста. Пока есть возможность, продам,
пожалуй, свои». Он выбрасывает на рынок акции. Его примеру следуют другие. На
бирже начинается волнение, и вот уже в ход пошли акции других компаний. Паника
нарастает и становится всеобщей. Наступает неизбежный крах. Позже выясняется,
что ничего не случилось, просто брокеру, вызвавшему панику, было дано указание
продавать» (Мэттью Гейл Смит, «Двадцать лет среди «быков» и «медведей» [«Бык» -
инвестор, покупающий товары или ценные бумаги в ожидании повышения цен.
«Медведь» - инвестор, играющий на понижение курса валюты, цен товаров, акций
или облигаций. - Прим. ред.]).
Обычно вслед за
паникой происходит восстановление и наступает стабильность. Слабые уничтожены,
искатели выгодных сделок собирают обломки. Скотт Джоплин великолепно чувствовал
все нюансы деятельности Уолл-стрит. Трудно сказать, что служило источником его
знаний - щедрый гонорар издателя или консультации моего деда Мартина (он был
финансовым директором издательства). Но уже на шестнадцатом такте «Уолл-стрит
Рэг» возникает ключевая мажорная мелодия «Наступили хорошие времена»,
переходящая в средний регистр. Не будь Джоплин так предан музыке, он мог бы,
без сомнения, извлечь пользу из старого доброго метода зарабатывания денег на
панике.
Старые зубры
Уолл-стрит знают, что после паники нужно поспешить на биржу, пусть даже ковыляя
и опираясь на трость.
«Но опыт
Уолл-стрит, как правило, приходит к тем, кто уже стоит одной ногой в могиле. К
этому времени заслуженные ветераны биржи по большей части уже наслаждаются
покоем в своих комфортабельных особняках. Но если биржевая паника происходит
чуть чаще, чем раз в год, этих старцев еще можно увидеть на Уолл-стрит.
Опираясь на трость, они ковыляют к офисам своих брокеров.
Тут они скупают
самые надежные акции на все свои деньги - именно для такого случая они и
копились на банковском счету. Паника обычно продолжается до тех пор, пока такие
покупки акций за наличные деньги не стабилизируют рынок. С прекращением паники
эти старцы, «сушившие весла» в ожидании неизбежного, как смена времен года,
события, снова оживают, быстро реализуют свои акции и переводят прибыль на
счета. Если прибыли в избытке, они прикупают перспективную недвижимость, а
остаток передают для постоянных инвестиций и снова отбывают в тишину своих
шикарных особняков, в лоно любящего семейства» (Генри Клюз, «Двадцать восемь
лет на Уолл-стрит»).
Когда закончился
тяжелый период 1931-32 годов, ковылять на Уолл-стрит после паники действительно
стоило. Так, начиная с 1940 года после паники индекс Доу повышался на 1%
ежемесячно и по истечении трех месяцев стал расти на 3%.
Со времен
биржевого краха 1987 года крупные однодневные понижения индекса «С&П 500»
давали отличную возможность проветрить тросточки. Если «С&П 500» падает на
7,50, на следующий день он вырастает в среднем на 1,39. Сравните это с
колебанием в 0,12 после выбранного случайным методом дня, и в 0,88 после
однодневного подъема в 7,50 и более. (Изменение в 7,50 «С&П 500» в этот
период составляет около 1,5%.)
Впрочем, в связи
с высокой нестабильностью и подъемом «С&П 500» на 300 пунктов за период с
1987 года результаты не отличаются от случайных. Любопытен попутный результат
изучения крупных колебаний в середине 1996 года: колебания в 7,50 «С&П 500»
наблюдались втрое чаще обычного. Задраивай люки.
Рост «С&П
500» на следующий день
В среднем
Рост в %
Частота
После снижения
в 7,50 «С&П 500»
1,39
0,55
31
После подъема в
7,50 «С&П 500»
0,88
0,60
30
После дня,
выбранного случайным методом
0,12
0,52
2164
Паникам
подвержены и рынки фиксированных доходов. Крупнейшее падение цен на облигации
со времен краха 1987 года произошло 8 марта 1996 года, когда они рухнули
больше, чем на три полных пункта. Для участников рынка облигаций это оказалось
абсолютным шоком.
В этот день я
покинул уют своего дома, сбежал от своих любящих домочадцев, которые всегда в
такое время призывают меня к осмотрительности, и бросился в битву.
Я перевел на депозит
требующуюся сумму из прибыли от продажи казначейских обязательств, которые
поднялись на 100%. Если бы у меня достало смелости направить на покупку акций
все свои средства, на полученную прибыль я мог бы не работать всю оставшуюся
жизнь. Рост индекса Доу-Джонса в тот день был рекордным. Он поднялся на 173
пункта после того, как в начале торговой сессии он опустился на 50.
Такие набеги
обычно не приносят покоя в мой дом. В августе 1988 года я покупал после паники,
последовавшей за увеличением учетной ставки. И поделом мне. Я пришел к выводу,
что покупка казначейских обязательств в период после паники не приносит
прибыли. Подобные операции едва не погубили меня. В течение марта 1995 года я
покупал, когда доллар падал против иены на 5% ежедневно. В день краха фондового
рынка, 19 октября 1987 года, я открыл максимально длинную позицию. Возможно,
если бы в такие дни я ковылял с костылем или играл на кларнете, сейчас у меня
на счете лежало бы больше.
Когда я начинал
играть на бирже, я любил покупать тогда, когда паника охватывала владельцев
надежных акций. Азарт прошел, когда я открыл для себя прекрасный мир фьючерсов.
Все же было бы интересно проанализировать все случаи паники с десятипроцентным
падением цен по отдельным выпускам акций, обращающихся на Нью-Йоркской фондовой
бирже, с точки зрения «скорости реализации дохода».
К сожалению, как
показывает таблица 2.2, в девяностых годах паники практически прекратились.
Таблица 2.2.
Хронологическая таблица падений индекса Доу-Джонса на 10%, 1890-1990