Власть умерла, да здравствует суверенитет

Национальное государство, такие его аспекты, как гражданство, границы, действующая армия – все это атрибутика конкретной, исторически преходящей формы суверенитета. Данная форма, увы, изрядно попахивает, несмотря на отсутствие официального некролога. Придёт черед и власти, нашего всего (не считая Пушкина). Но скорая кончина государства не означает конца суверенитета. Нет, весь он не умрет.

Первобытное племя, будучи в высшей степени суверенным, не имело “границ”, не имело “власти”.

Чистая власть Хаммурапи, суверенного помазанника божьего, не выигрывалась на выборах, не подлежала разделению, не содержала никаких сдержек с противовесами.

В России, невзирая на робкие попытки рационализации, все время сохранялось отношение к власти как к чему-то сакральному. Открытые претензии на нее и поныне здесь табуированы. Западная рационально-легитимная форма суверенитета у нас, едва возникнув, уже исчезает. Куда быстрее, кстати, чем на исторической родине. Но и там не избежит она своей участи. Это вполне “магистральный путь”, расслабьтесь, патриоты.

А что потом?

Но об этом, собственно, никто не спрашивает.

Власть сидит в Кремле, ожидая повестки.

.

Назад