3. О соотношении предпринимательской и управленческой деятельности

Итак, вот неформальная постановка проблемы, с которой я хотел бы начать: каково соотношение между тем, что называется “бизнесом” и тем, что называется “менеджментом”? Я, впрочем, считаю, что и первое, и второе имеет непрямое отношение к реалиям нашей страны, поэтому, возможно, нам придется задать параллельный вопрос, когда мы доберемся до России-матушки: каково соотношение предпринимательства, хозяйствования, производственной деятельности — и администрирования, принятия управленческих решений, деятельности госаппарата? Я бы хотел обсудить с вами данное соотношение с разных точек зрения.

Во-первых, с точки зрения ценностной и профессиональной ориентации. Где есть перспективы личностного роста, а где ущерб для личного дохода или зарплаты?

Во-вторых, с точки зрения соподчиненности соответствующих форм деятельности. Есть или должна быть некая шкала, подобная “лествице Иоанна”, на которой упорядочены все мыслимые формы деятельности. Как соотносятся на данной шкале этот самый “бизнес” и этот самый “менеджмент”? Кто главнее?

В-третьих, с точки зрения исторической перспективы. Здесь уместно вспомнить эпизод из старого фильма Чарли Чаплина: со скалы падают двое, связанные веревкой, — стоит одному чуть зацепиться за уступ и повиснуть — его сдергивает второй; за счет этого рывка второму удается остановиться, схватиться за корень и повиснуть, и он висит, покуда первый не сдергивает его, пролетая мимо; так они и двигаются вниз. Конечно, бизнес и менеджмент на протяжении истории менялись и еще будут меняться местами. Кто из них возник раньше? Кто позже умрет? Кто командует сегодня и кто будет руководить завтра?

Образ этой проблемы дал еще в шестидесятые годы Гэлбрейт в своих трудах “Новое индустриальное общество” и “Экономические теории и цели общества”. Он описал некую тайную ложу под названием “техноструктура” (кстати, название очень неудачно — техника тут ни при чем, структура тоже). Согласно Гэлбрейту, в недрах западного общества уже к началу 60-х созрела корпорация высших лиц, принимающих управленческие решения. Эта новая элита уже берет верх над традиционной финансовой олигархией и, контролируя высшие посты в администрации, а также руководящие этажи в крупнейших корпорациях, постепенно становится правящим классом западного общества.

Когда книга Гэлбрейта вышла на русском языке, он был освистан и оплеван корифеями тогдашней экономической науки Иноземцевым и Милейковским. Ему тут же было указано, что он — не марксист (с чем, конечно, можно согласиться) и что капиталисты-собственники свое дело знают, у них на сберкнижке лежит миллиард, а вся эта “техноструктура” — их наемные работники. Но серьезных аргументов приведено не было.

Вопрос остается открытым. С него я и хотел бы начать. По ходу дела, естественно, придется разобраться по существу (с этих трех точек зрения, а может, и с других), что же такое “менеджмент”, что же такое “бизнес” и каким образом они соотносятся друг с другом. Мы будем постоянно двигаться по оси раскрытия этой коллизии, и в процессе движения я готов каждый раз уточнять формулировку вопроса, дойдя постепенно до чеканных определений. Однако понятия нельзя к ним свести. Как говаривал Г.Ф. Гегель, истина является истиной только со всем своим становлением, а без него она — странный огузок.

 .

Назад