Роль денег

Мировую экономическую систему, соответствие которой нельзя найти в мировой политической системе, анализиро­вать крайне трудно, особенно в свете неоднозначных отно­шений между капитализмом и демократией. Очевидно, что мне приходится вводить упрощения. Однако моя задача про­ще, чем можно было бы ожидать, так как в мировой капита­листической системе присутствует некий объединяющий принцип. И это не тот принцип, который вводят ради упро­щения; речь идет о действительно доминирующем принципе. Таким принципом являются деньги. Использование рыночных принципов только запутало бы вопрос, поскольку, кроме участия в конкуренции, деньги можно накапливать различ­ными путями. Не может быть сомнения в том, что в конеч­ном счете все сводится к прибыли и богатству, выраженным в деньгах.

Мы можем далеко продвинуться в понимании мировой ка­питалистической системы, поняв роль, которую играют в ней деньги. Деньги — не простое абстрактное понятие, и мы до­вольно многое знаем о них. В учебниках говорится о трех основных функциях денег: это — мера стоимости, средство обращения и средство накопления. Названные функции хо­рошо известны и подробно проанализированы, хотя наличие третьей функции можно оспаривать.

Классическая экономическая теория считает деньги сред­ством достижения цели, а не самоцелью, они представляют собой меновую стоимость, но не обладают собственной сто­имостью. Иными словами, стоимость денег зависит от стои­мости товаров и услуг, на которые их можно обменять. Но каковы подлинные ценности, которые, предположительно, должны лежать в основе экономической деятельности? Это — сложный вопрос, который так и не получил до сих пор удов­летворительного ответа. В конечном счете экономисты реши­ли, что им вообще незачем отвечать на этот вопрос; они мо­гут принять ценности экономических агентов как нечто дан­ное. Их предпочтения, какими бы они ни были, можно пред­ставить в виде кривых безразличия, а последние — использо­вать для определения цен.

Но проблема состоит в том, что в реальном мире ценности не заданы. В открытом обществе люди вправе самостоятельно делать выбор; но при этом они не всегда знают, чего на самом деле хотят. В условиях быстрых перемен, когда традиции утра­тили былую власть, а людей со всех сторон осаждают предло­жениями, разменные меновые ценности вполне способны за­менить подлинные. Сказанное особенно верно в отношении капиталистического строя, где делают упор на конкуренцию, а успех меряют деньгами. Люди хотят иметь деньги и готовы почти на все, чтобы их получить, потому что деньги — это власть, а власть может стать самоцелью. Те, кто преуспел, — могут даже не знать, что делать со своими деньгами, но они по меньшей мере могут быть уверены, что другие завидуют их успеху. Этого может оказаться достаточно, чтобы продолжать делать деньги до бесконечности, несмотря на отсутствие ка­кого-либо иного мотива. Те, кто продолжает стремиться по­лучить много денег, в конце концов приобретают большую власть и влияние в капиталистической системе.

Рассмотрение морального вопроса о том, должны ли день­ги стать подлинной ценностью (т.е. получить собственную сто­имость), я отложу до главы 9. Сейчас я пока исхожу из того факта, что преобладающей ценностью в мировой капитали­стической системе выступает погоня за деньгами. Я считаю правомерным делать такое допущение, так как существуют экономические агенты, единственная цель которых — делать деньги, и они преобладают в современной экономической жизни, как никогда ранее. Я имею в виду открытые акцио­нерные общества. Этими компаниями теперь управляют про­фессионалы, применяющие принципы менеджмента с един­ственной целью — максимизировать прибыль. Эти принципы применимы ко всем областям деятельности, и они приводят к тому, что менеджеры компаний покупают и продают пред­приятия точно так же, как управляющие портфельными ин­вестициями в брокерских фирмах (portfolio managers) покупа­ют и продают акции. Корпорации, в свою очередь, принадле­жат профессиональным управляющим портфелей; а един­ственная цель владения акциями заключается в том, чтобы делать на них деньги.

Согласно теории совершенной конкуренции, фирма созда­ется как раз для максимизации прибыли, но на деле макси­мизация прибыли не всегда была единственной целью пред­приятия. Частные владельцы предприятий нередко руковод­ствуются другими целями. Но даже во главе открытых акци­онерных обществ (корпораций) часто стоят менеджеры, ко­торые чувствуют себя настолько уверенно, что они могут ру­ководствоваться иными мотивами, кроме прибыли. Такими мотивам бывают не только собственные блага и причуды, но и альтруистические или даже - националистические сообра­жения. Управляющие крупных многонациональных компаний в Германии традиционно считают себя ответственными перед работниками и обществом в целом, равно как и перед акци­онерами. Японская экономика характеризуется «переплетаю­щимся» участием через акции, причем личным отношениям часто отдается предпочтение перед прибылью. Корея довела японскую идею до крайности и обанкротилась, пытаясь до­биться доли на рынках ключевых отраслей.

Тем не менее в современной капиталистической системе наблюдается явная тенденция к максимизации прибыли и со­ответственно — к обострению конкуренции. По мере глоба­лизации рынков положение частных компаний становится ме­нее выгодным с точки зрения обеспечения или сохранения доли на рынке; они нуждаются в капитале акционеров, чтобы воспользоваться возможностями, которые открывает мировой масштаб деятельности. В результате на рынках доминируют открытые акционерные общества, которые все более настой­чиво добиваются прибыли.

В США акционеры начинают требовать больше прибыли в расчете на акцию, а фондовый рынок в растущей мере благо­приятствует менеджерам, нацеленным на максимизацию при­были. Успех оценивается по краткосрочным результатам, ме­неджеров чаще вознаграждают акциями, чем доплатами к жа­лованью. В Европе компании склонны преуменьшать значе­ние прибыли как во имя создания положительного имиджа в глазах общественности, так и реально — в публикуемых ба­лансах. Дело в том, что за более высокими прибылями следо­вали требования работников повысить заработную плату, по­этому считалось нецелесообразным привлекать большое вни­мание к прибыльности предприятия. Однако под давлением международной конкуренции требования повышения заработ­ной платы пришлось умерить, а основное внимание смести­лось в сторону необходимости финансировать рост фирмы. Образование единого рынка с единой валютой вызвало в Ев­ропейском союзе обострение борьбы за долю на рынке. Цены акций приобрели немного большее значение как с точки зрения получения капитала, так и для возможностей приобрете­ния предприятий (или же в случае низкой цены - как стимул быть скупленным). Социальные цели, например обеспечение занятости, должны были уйти на второй план. Конкуренция вынуждала консолидироваться, упрощать структуры и пере­водить производство за рубеж. Таковы важные факторы со­храняющегося высокого уровня безработицы в Европе.

Итак, основным критерием, отличающим современный ка­питализм от его прежних этапов, служит всепоглощающее стремление к успеху: усиление мотива прибыли и проникнове­ние его в сферы, где ранее преобладали иные соображения. Не­когда в жизни людей нематериальные ценности играли более значительную роль: в частности, считалось, что представители культуры и свободных профессий руководствуются культурны­ми и профессиональными ценностями, а не коммерческими соображениями. Чтобы понять отличие современного капита­лизма от его прежних этапов, необходимо признать растущую роль денег в качестве самодовлеющей ценности. Не будет пре­увеличением сказать, что деньги правят теперь жизнью людей в большей степени, чем когда-либо раньше.

.

Назад