Ошибка Капитала

К 2001 году дела на бирже шли всё более скверно, но было невозможно представить, что дойдёт до 11 Сентября. В тот день я приехал утром на работу, и в прямом эфире смотрел на сталкивающиеся с небоскрёбами самолёты. В первые дни я был потрясён. Канадцы не были.

Ровно через день после атак мы показывали одну из полуготовых игр случайно выбранным людям. Так называемая фокус-группа, чтобы узнать, что будущий покупатель думает о продукте. В группу входила молодёжь от 18 до 25 лет. Игра заключалась в езде и беготне по улицам и зданиям в попытках перестрелять побольше врагов и набрать побольше очков. Я обрабатывал ответы молодых канадцев на вопрос, что им нравится, и что хотелось бы изменить в игре. Учитывая, что всё происходило на следующий день после 9-11, я не очень верил своим глазам. «Классно мочить всех!»; «Больше, больше крови!»; «Здорово давить прохожих на улицах!»; «Раны круто сделаны, мясо и кровь выглядят как настоящие!». Недаром наша корпорация – лидер индустрии. Она знает, что нужно потребителям.

Постепенно я стал приходить к мысли, что теракты 9-11 спланированы самими американцами и для воздействия на американцев. Это чисто голливудский сценарий. Такой план не мог родиться в голове русского или в голове араба, кочующего в пустыне верхом на верблюде. Он идеально подходит, чтобы получить согласие на военные расходы и полицейскую диктатуру тех, кто живёт в американской теле-кино-виртуальности. Про техническую возможность одновременно и успешно угнать четыре самолёта и говорить не приходится. «Война с терроризмом» и есть та самая большая война, необходимая для выхода из депрессии. Американцы в очередной раз объелись заводных апельсинов.

Мне было интересно, что пишут в России про 9-11. Гуляя по русскому Интернету, я зашёл на православный сайт с материалами по терактам. Нажав на одну из ссылок, я попал на ответы священника на вопросы о смысле жизни и мироздании. Он бесконечно ссылался на мнения пророков и христианских святых, спорил с другими источниками и цитировал разные места священных писаний. Я быстро запутался в этой богословской дискуссии.

Насущным был вопрос о том, когда закончится рецессия, и начнут открываться новые профессиональные возможности, поскольку игры мне уже немало надоели. Сколько я не читал бизнес-сайты и американские журналы, ответы больше походили на заклинания и гадания на кофейной гуще. Хотя я узнал много нового за время работы в корпорации, и уже понимал способ мышления канадцев, мои знания никак не складывались в единое целое.

Была годовщина смерти В.И.Ленина, о чём напоминали некоторые ленты новостей. В марксизм-ленинизм я не заглядывал в течение двенадцати лет. Отчаявшись найти ответы у самих американцев, я решил посмотреть, как марксизм объяснял причины кризисов капитализма. На Интернете нашлись главные работы Ленина. Но в них было не столько объяснение теории, сколько споры с товарищами, как правильно интерпретировать Маркса, и как его неправильно интерпретируют оппоненты. Я решил почитать самого Маркса, открыл том «Капитала» и углубился в рассуждения о сюртуке. Через некоторое время я вспомнил, что мой холодильник пуст, и надо успеть съездить в супермаркет.

Выбирая продукты, я размышлял о прочитанном. На обратном пути, задумавшись, я заблудился в большом подземном паркинге. Я думал о том, насколько споры Ленина похожи на богословские споры в православии. Наверное, подумал я, коммунизм так боролся с христианством, потому что оно было его конкурентом, он сам – не столько наука, сколько своего рода вера. Даже не своего рода вера, а целая религия, ведь советская символика и устройство партии очень похожи на церковные. Следующая мысль продолжала предыдущую. Поскольку религия борется с религиями, а коммунизм и капитализм – непримиримые враги, то капитализм – тоже религия, религия не в переносном, а в прямом смысле. Но это не словесная, а математическая религия. Бог капитализма – деньги, а боги выдуманы людьми. То есть денег и стоимости в физическом смысле нет, они – плод воображения.

В этот момент все знания о рынке, бизнесе и финансах автоматически сложились в единую непротиворечивую картину. Было ощущение, что невидимая сила, которая сдавливала сознание, заставлала все действия и мысли вписываться в узкие рамки денег, которая заставляла искать всему религиозно-экономическое оправдание, исчезла.

.

Назад